Заключительный и едва ли не основной догмат в вероучении АСД — это празднование субботы. На основании чего же так ревностно соблюдается четвертая ветхозаветная заповедь? Какие подпорки используются здесь адвентистами? Вопрос о субботе сводится к вопросу о Законе, объясняют они. На горе Синай были даны два закона: обрядовый и нравственный. Обрядовый закон был объявлен народу Моисеем (Лев. 1, 1; 7, 28, 38). Нравственный закон был объявлен Самим Богом (Втор. 4, 12, 13).

Обрядовый закон:

Нравственный закон

Записан Моисеем в книгу (Втор. 31, 24). Книга положена рядом с Ковчегом (Втор. 31, 24-26). Ничего не довел до совершенства (Евр. 7, 19). Истреблен учением Христа (Еф. 2, 15). Пригвожден ко кресту (Кол. 2, 12). Дан по причине преступления народа (Гал. 3, 19. Лев. 3,7). Этот закон против нас (Кол. 2, 14). Дан до пришествия семени (Гал. 3, 19). Закон этот “не по вере” (Гал. 3, 12). В этот закон входили всесожжения, жертвы за грех от физиологических истечений, человеческого организма, нечистые животные.

Объявлен Самим Богом (Втор. 4, 12, 13). Написан на двух скрижалях (Исх. 24, 12). Скрижали положены в Ковчег (Исх. 40, 20. 3. Евр. 9, 4). Этот закон совершенен (Пс. 18, 8). Не отменен Иисусом Христом (Мф. 5, 17). Был возвеличен и прославлен Христом (Ис. 42, 2). Законом познается грех (Рим. 3, 20, 7, 7). Закон добр и дан для человека (Рим. 7, 12. Еккл. 12, 13). Закон вечен (Пс. 110, 7, 8). Закон утверждается верой (Рим. 3, 31).

 

Иисус Спаситель говорит на основании чего Он примет людей в Свое Царство: “Не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! Войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного...”, “...И тогда объявлю им: ... отойдите от Меня, делающие беззаконие” (Мф. 7, 23). Апостол Павел спрашивает: “Итак, мы уничтожаем Закон верою? Никак, но Закон утверждаем” (Рим. 3, 31).

И если вера, говорят АСД, утверждает Закон, то она не может отменить или уничтожить его. Поэтому Иисус Христос сказал: “Истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна йота или черта не прейдет из закона” (Мф. 5, 18). “Ибо как новое небо и новая земля, которые Я сотворю, всегда будут пред лицем Моим, говорит Господь... тогда из месяца в месяц и, из субботы в субботу будет приходить всякая плоть пред лице Мое на поклонение, говорит Господь” (Ис. 66, 23).

Исходя из всего вышеизложенного, которое взято из живой полемики и приведено в довольно стройную систему адвентистами, надо помнить, что умелая компоновка нужных мест Писания создает иллюзию правильности такого толкования текста. При этом следует ссылка на то, что, нарушая одну любую заповедь, мы становимся виновными перед всем Законом (Иак. 2, 10), поэтому, не храня субботы (т.е. 4-й заповеди), нет смысла исполнять остальные девять, ибо мы уже беззаконники.

Практическое руководство к оправданию празднования воскресного дня в полемике с адвентистами

Если разговор заходит о субботе и, видя, что перед вами представитель христиан АСД, нужно, предвосхищая дальнейшее развитие темы (ибо иначе спор затянется на значительное время), самому задать вопрос: “Скажите пожалуйста, почему вы, адвентисты Седьмого дня, нарушаете субботу?” Это вызовет некоторое недоумение и замешательство в оппоненте.

— Позвольте, что значит нарушаем? Мы едва ли не единственная христианская деноминация, которая как раз и сохраняет субботний покой.

— Я об этом и говорю...

Выждав небольшую паузу, объясняете:

— Скажите, вы согласны, что Христос не только исполнял весь Закон, но и возвеличил его?

Получаете ответ:

— Несомненно возвеличил.

— И не только возвеличил, но и прославил?

— Именно так.

— Значит Он возвеличил и прославил также и 4-ю заповедь в законе?

— Конечно же прославил!

Вот поэтому мы, православные христиане, принимаем через Закон субботство, т.е. постоянный покой во Христе. Так как для нас Христос сделался Сам субботой, т.е. покоем (Рим. 10, 4, Лк. 6, 5), то пребывая во Христе и Его учении, мы пребываем в постоянном покое или в Субботе. Вы же, адвентисты СД, принимая и храня не прославленную Христом субботу, лишаете четвертую заповедь той славы, которую ей даровал Господин субботы.

Вот посему-то уже и сказано в Новом Завете: “... никто да не осуждает вас ни за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или но-вомесячие, или субботу...” (Кол. 2, 16).

Апостол, наставляя язычников, принявших учение и уверовавших в Господа, говорит: “А написать им, чтоб они воздерживались от оскверненного идолами, от блуда, удавленины и крови, и чтобы не делали другим того, чего не желают себе” (Деян. 15, 20). Заметьте: ни слова о непрославленной субботе. Посему: “Кто различает дни, для Господа различает; и кто не различает дней, для Господа не различает...” (Рим. 14, 6).

“Итак, можно в субботы делать добро” (Мф. 12, 12). Но ведь и зло, согласно Писанию, не позволительно делать никогда. Значит добрые дела поглотили четвертую заповедь, а любовь — двигатель этих добрых дел — поглощает и все остальные, о чем свидетельствует Спаситель:

“Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим. Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая подобна ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя” (Мф. 22, 37, 38). Поэтому, любовь, которая есть “совокупность всех совершенств”, и которая “... не завидует... не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не раздражается...” (1 Кор. 13, 4) поглощает собою заповедь. Это возможно, потому что Сам “Бог есть любовь” (1 Ин. 4, 8) и “Любовь есть исполнение закона” (Рим. 13, 10).

Вопрос о субботе упирается в вопрос о Законе. После грехопадения человека в райском саду между человеком и Богом Святой Бог уже не мог иметь общение с человеком, если грех пребывал с ним. Человек стремился это болезненное состояние излечить сам. В преддверии греха дается заповедь (“се, грех лежит у порога дома твоего, он влечет тебя, но ты властвуй над ним”, Быт. 4). Заповедь была нарушена; тогда из любви к человеку, для обретения свободы последним, Богом был дан Закон. “Закон же пришел после” (в греч. оригинале: между прочим) и, таким образом, умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать (Рим. 5, 20). Как это понять? Не грешить ли нам сильнее, спрашивает апостол Павел, чтобы преизобиловала милость Божия? Это равносильно тому, как если бы не было правил дорожного движения, то водители не знали бы, где они нарушают эти правила. Повесили дорожные знаки — стало ясно, где эти правила нарушаются. Как только Бог дал Закон, люди стали видеть, как они его постоянно нарушают. Стали видеть насколько они грешны. Это была основная цель Господа: показать людям через Закон как в зеркале их состояние, чтобы помочь им через благодать спастись от вечной гибели. Та как Закон выражает волю Бога, то он требует абсолютной праведности и святости. Но эти требования ни один человек не может исполнить. Таким образом. Закон способствует познанию греха, но не дает жизни. Закон осуждает каждого, что не может исполнить его требования. “Что же скажем? Неужели от Закона грех? Никак; но я не иначе узнал грех, как посредством Закона, ибо я не понимал бы и пожелания, если бы Закон не говорил: “не пожелай”. Но грех, взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание; ибо без Закона я жил некогда, но когда пришла заповедь, то грех ожил” (Рим. 7, 7-11). “А все утверждающиеся на делах Закона находятся под клятвою. Ибо написано: проклят всяк, кто не исполняет всего, что написано в книге Закона” (Гал. 3, 10). В Послании к Галатам (3, 24) написано: “Итак, Закон был для нас детоводителем ко Христу, дабы оправдаться верою”. Господь Иисус этот Закон исполнил весь. Это свершилось. Праведные и святые требования Закона удовлетворены и нас больше не беспокоят (Рим. 10, 14). Да, мы признаем и подтверждаем, с одной стороны, что требования закона (обратите внимание: слово “закон” с маленькой буквы) абсолютно правильны, но с другой стороны, осознаем также, что через Господа Иисуса Христа, Который исполнил этот закон, мы причастны этому исполнению, по вере в Него. Это и есть вера, ибо верить — значит дать Богу право (Рим. 3, 4; 4, 18-22). Если христианин верит, то признает точку зрения Бога единственно правильной. И сам становится на нее. Это Бог вменяет ему в праведность. Именно праведность, которую Бог на основании Своей святости обязательно вынужден был от нас требовать, теперь подарил нам во Христе. “Ибо не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом” (2 Кор. 5, 21). Значит, закон не имеет больше силы в том смысле, если он что-то от нас требует.

Адвентисты нередко говорят о Законе в законе, т.е. о двух законах (см. выше). То есть здесь опять же прослеживается попытка утвердить субботу. Смотрите: “... и Я успокою (шаббат, дам Субботу — дословно) вас... и найдете покой (шаббат, т.е. Христа — ибо Он покой наш) душам вашим” (Мф. 11, 28). И вот получается, что АСД променяли Господина Субботы на саму субботу, почитание которой в Ветхом Завете выражалось через обрядовые постановления. Эти ритуалы (“бремена неудобоносимые”) неразрывно связаны были с ней и не имели под собой основания нравственных постановлений. Это отмечал и Сам Христос в чудесах, творивших в субботу (исцеление сухорукого, слепорожденного у Овчей купели).

Мы, верующие из язычников, никогда не были под законом, а поэтому у нас не должно и возникать вопроса: имеет ли закон еще силу в нас, т.к. он никогда не имел силу по отношению к нам, если даже путь духовного опыта для нас гласит: от закона к свободе детей Божий (Рим. 3, 30; 4 9-12). Поэтому Ап. Павел свидетельствует: “Не отвергаю благодати Божией. А если законом оправдание, то Христос напрасно умер” (Гал. 2, 20). В целом, конечно, вопрос о законе очень тонок и сопряжен по большей части с изучением Послания к Галатам.

В месте к Галатам (4, 21-31) показано, что становится с теми, которые становятся под закон, и с теми, кто стал под благодать. Путь закона — это путь плоти, самопомощи. Он лишь путеводитель ко Христу. Далее мы можем противопоставить, согласно апостолу: Исаака — Измаилу; Небесный Иерусалим — земному; бесплодной (малому стаду, Лк. 12) — плодовитую (мир); сыну свободной — сына служанки; сыну обетования — сына плоти (собственных дел); Новый Завет — Ветхому и так далее. Смотрите: сын служанки рожден путем плотских расчетов против воли Божией. Исаак же рожден сверхъестественным путем на основании Божьего обетования (Рим, 4, 18-25). Здесь выступает разница между Ветхим и Новым Заветами. Земной Иерусалим с законом, жертвами и храмом привел евреев, как представителей Ветхого Завета к отвержению Иисуса (1 Кор. 2, 8). Небесный Иерусалим (Евр. 9, 11-17) есть матерь всех новозаветных детей Божиих, поэтому так дивен и вожделен город, жителями которого они могут стать (Откр. 21, 9-27). Дети Божий свободны и находятся не под законом Синая, а под законом духа жизни (Рим. 8, 2). Ибо, как плоть желает противного духу (Гал. 5, 17), и плотские помышления — суть вражда против Бога (Рим. 8, 7), так и сегодня рожденный по плоти преследует рожденного по духу (извечная война арабского мира с евреями). Здесь не может быть родства, хотя Измаил и Исаак происходят от одного отца, но они имели разных матерей (отчего в иудаизме традиционно родословие идет по матери). Сын служанки (несвободной) должен был быть изгнан.

Но вот что важно оттенить в полемике с адвентизмом. Это так же важно, как скажем, доказать Свидетелям Иеговы, что Иисус и Иегова — одно лицо. Так вот здесь необходимо указать, что Закон и закон настолько тесно взаимосвязаны, что четвертая заповедь без обрядовой стороны ее составляющей без буквального исполнения всех ее элементов нарушается. Если жить по Закону (Нравственному), как это предписано Израилю (Исх. 31, 12-17), то нужно исполнять весь Закон, а не отдельные его элементы (сравн.: Иак. 2, 10 и Лев. 26, 14, 39). Но поскольку четвертая заповедь сопряжена с ритуальной стороной, то это взаимопроникновение Закона в закон создает предпосылку невыполнимости всего требуемого и соответственно — проклятия.

Таким образом, АСД, пытаясь соблюдать отдельные элементы четвертой заповеди, отсекая, как им кажется, все обрядовое (но через обряд и утверждается 4-я заповедь!) и обременительное в ней, уже ставят себя под приговор смерти. Ибо написано: “Проклят всяк, кто не исполняет всего, что написано в книге закона” (Гал. 3, 10). Поэтому разделить Закон в четвертой заповеди на обрядовую форму служения и говорить о субботе как заповеди нравственной нет никакого смысла, потому что утверждение субботы и строится на формально-обрядовых элементах ее удержания. Более того, Рим. 3, 19-20 говорит:

“Потому что делами закона не оправдается перед Ним никакая плоть; ибо законом познается грех”. Грех познается именно не обрядовым законом (не санитарной реформой: едим - не едим или жертвоприношениями), а именно Нравственным. Мы видим, как в Ветхом Завете Измаил, рожденный по плоти, преследовал Исаака, рожденного по духу (обетованию). Вот адвентисты сегодня. Пытаясь исполнить закон плоти, “преследуют” духовно чад обетования (всех других христиан), утверждая: “Дети погибели вы, если нарушаете субботу”. В свое время Израиль, который должен быть участником обетования, охотнее остался под рабством закона даже и тогда, когда пришел Христос — конец закона к праведности каждого верующего (Рим. 10, 4).

Таким образом, из-за закона, с помощью которого евреи думали угодить Господу, стали врагами Христа (Ин. 5). Это противостояние Закона и Благодати красной нитью проходит в Новом Завете. Здесь противостоит плоть и дух, рабство и сыновство, Измаил — Исаак, Агарь (Синай) — Сарра (Иерусалим), тщета собственных усилий — дарование от Бога и так далее (см. Поел. к Галатам). Если адвентист утверждает, что соблюдает субботу в духе, то этим лишний раз подтверждает слабое знание духа Писания (безусловно, хорошо зная букву его). Соблюдать закон в духе невозможно, так как дух указывает нам на Христа и нам Его объясняет, уводя нас от закона (Ин. 16). Кто становится на почву законности, становится на почву проклятия законом. Адвентист вам откроет в этом случае сразу Рим. 7, 1 и зачитает: “... закон имеет власть над человеком, пока он жив”. Задайте ему вопрос: не умерли ли мы со Христом? Мы во что крестились: ты как адвентист, а я как православный? В смерть Его! Значит мы с тобой должны умереть для греха со Христом. Вот к Галатам 2, 19-20 и говорит: “Законом я умер для закона, чтобы жить для Бога. Я сораспялся Христу. И уже не я живу, но живет во мне Христос. А что ныне живу по плоти, то живу верою в Сына Божия, возлюбившего меня и предавшего себя за меня”. Что же ты опять, зная Христа, становишься “законником”? Что еще ты хочешь заработать у Господа этими делами?

Но достаточно об этом. Здесь все сказано исчерпывающе о Законе (субботе) и благодати (субботстве). Христос стал нашей Субботой; пребывая в Нем, мы продолжаем пребывать в четвертой заповеди. Итак, четвертую заповедь (а т.к. в цепной зависимости от нее множество предписаний не исполняются) АСД нарушают. Стало быть, виноваты они перед всем Нравственным Законом и ставят сами себя под проклятие. Казалось бы здесь парадокс. Однако, формально держась за субботу, адвентист думает получить дополнительное благословение Господа, обещанное евреям в Ветхом Завете. С другой стороны, зная, что весь закон, обрядовая сторона которого предопределяет исполнение четвертой заповеди Нравственного Закона, не может соблюдаться, адвентист верит в Иисуса Христа и пытается использовать Его как затычку там, где полнота исполнения закона не достигается или нарушается. Отсюда вольно или невольно, происходит и нарушение Закона и обесценка дела искупления Христа на Голгофе.

А то, чем дорожат адвентисты, безусловно, есть и в Православии. Суббота и теперь в богослужебном календаре считается последним днем недели. Неделя же начинает отсчет с воскресения как первого дня недели. Субботы не включены в число дней Великого поста. В субботу не читается покаянная молитва преп. Ефрема Сирина, а служится праздничная литургия, совершение которой не допускается уставом в будние дни Великого поста.

Что касается “санитарной реформы”, которой у адвентистов запрещено курение табака, вкушение мяса, птицы, яиц, чая, кофе, категорически — алкоголя, в том числе при проведении хлебопреломления, ибо считается, что “оскверненное” этими продуктами тело, оскверняет и тонкое сознание, человек теряет духовность. И на сей счет вот как нам говорит Новый Завет: “Итак, никто да не осуждает вас за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник...” (Кол. 2, 16); “Никто да не обольщает вас самовольным смиренномудрием...” (Кол. 2, 18); “Итак, если вы со Христом умерли для стихий мира, то для чего вы, как живущие в мире, держитесь постановлений: “не прикасайся”, “не вкушай”, “не дотрагивайся”... Это имеет только вид мудрости в самовольном служении, смиренномудрии и изнурении тела, в некотором небрежении о насыщении плоти” (Кол. 2, 20, 21, 23). А посему: “Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли — ничего не теряем” (1 Кор. 8, 8).